Свой первый день там, на передовой на Красно-Лиманском направлении под Тернами Луганской Народной Республики, наш земляк гвардии рядовой Сергей Тютяев помнит хорошо. До этого было обучение на полигоне под Воронежем. Каждый день с шести утра и до десяти вечера отрабатывали огневую, тактическую, инженерную подготовки, тактическую медицину, минирование, разминирование... То есть все по делу, все, что в реальной боевой обстановке после стало необходимо и от чего стала зависеть не только своя жизнь, но и жизнь товарищей.

– Не сказать, что было тяжело, наверное, первое время было непривычно, – вспоминает Сергей.

Далее уже в ЛНР – распределение в дивизию, в подразделение и боевое слаживание, чтобы работа шла точно и четко. Выдвижение на позиции. Ночь в блиндаже... Утром пришел командир: «Ну что, бойцы, вот и настал ваш «звездный час» … Скоро выходим!» Боевая задача – взять пулеметную точку противника. Точку – зачистить, пулемет – развернуть, оставить людей на закреплении и помогать брать соседние точки. Страшно, конечно, было, признается Сергей. Но на войне либо ты, либо тебя. Наши штурмовики задачу выполнили. Хотя и вражеские дроны летали, и артиллерия, минометы по ним лупили, танк стрелял, и даже снайпер работал. В общем, в первый же день на передке противник поливал наших ребят из всего, из чего только можно…

Настрой на победу!

До специальной военной операции жизнь Сергея была такой же, как и у тысяч наших русских парней. После школы окончил Арзамасский приборостроительный колледж. Работал на АПЗ монтажником радиоэлектронной аппаратуры. Получил пятый разряд, был на цеховой Доске почета. Заочно стал учиться в политехническом институте… В общем – нормальная размеренная мирная жизнь. Но в апреле прошлого года Сергей пришел в военкомат, чтобы отправиться на фронт. Что заставило 23-летнего парня, даже не проходившего срочную службу, принять такое решение?

– То же, что всегда в истории России сподвигало наших соотечественников защищать свою страну, – любовь к Родине, – вот так просто отвечает он.

При этом решение не было спонтанным. Сергей признается, что обдумывал его несколько месяцев. Правда, о своих намерениях никому не говорил. Но родные и друзья его поступку не удивились. Еще учась в техникуме, он занимался волонтерской деятельностью: принимал участие в работе Центра развития добровольчества «Мой город», социального отдела благочиния города Арзамаса. Всегда имел четкую гражданскую позицию, в том числе и по событиям на Украине. Поэтому все отнеслись с пониманием. Мама, конечно же, поплакала, но тоже не стала отговаривать сына.

– Вообще, молодежи там, на линии соприкосновения, полно, – делится он. – Даже 18-летние пацаны воюют. Причины у всех, конечно, разные, но в основном идут из чувства долга перед Отечеством.

Как воюют наши ребята?

– С настроем только на победу! Никакого уныния, нытья, вроде того, что «долго», «хочу домой», нет. Домой всегда хочется, конечно. Потому что дома родные, близкие, любимые… Но все-таки у всех настрой боевой!

С позывным, как у английского короля

Штурмовик Сергей Тютяев взял позывной «Карл».

– У меня позывной, как у английского короля, – шутит наш боец.

В современных боевых условиях бойцы-штурмовики – это элита армии. Именно они захватывают вражеские опорники и удерживают их до подхода основных сил, штурмуют здания, зачищают освобожденные поселки и города. И понятно, что и к физическим, и к моральным качествам штурмовиков предъявляются особые требования. Одно только снаряжение – защита, оружие, боекомплект, которое штурмовик несет на себе, весит более 30 килограмм.

– Прежде всего, штурмовик должен быть мобильным, то есть в полном снаряжении должен бегать, падать, вставать. И если видно, что человек не «вывозит», его отправляют в «закрепы», в минометчики, в артиллеристы… Ну зачем нам лишние потери? – рассуждает Сергей.

Под Тернами подразделение, в котором служил «Карл», воевало почти год. Только на днях пришло известие, что этот поселок перешел под контроль наших Вооруженных сил.

Почему так медленно, так долго? Это вопрос приходится часто слышать.

– Враг – мощный, – отвечает боец. – Множество наемников, нацбаты, мобилизованные ВСУшники, которых с улиц похватали… И насчет вооружения – у них есть все. Поэтому разговоры о том, что у украинцев заканчивается оружие, видимо, рассчитаны на тех, кто финансирует ВСУ. У нас тоже всего полно, даже больше, чем надо. По любому запросу выдадут столько, сколько сможешь унести, и сверху насыпят… Мы воюем за свои интересы, они – за свои. И сдаваться просто так не собираются. Вот и приходится выдавливать их из каждой лесопосадки.

Во время штурма таких лесопосадок под Тернами Сергей и получил ранение: на штурмовую группу дрон скинул боеприпас.

Приказ выполним!

Сегодня Сергей в Арзамасе. Ближайшие планы – лечение и восстановление после ранения. И если врачебная комиссия признает годным к службе, то однозначно пойдет дальше воевать, к своим парням. Воевать до победы. То, что мы победим, – это среди наших бойцов даже не обсуждается. Победим! А если нужно, пройдем и Польшу, и Германию...

– Только вот нужны нам эта Польша, эта Германия? Но будет приказ – выполним, – говорит Сергей.

Другое дело наши конституционные территории – Луганская, Донецкая республики, Херсонская и Запорожская области. Освобождение их тоже не вызывает сомнения. Но сегодня с высоких трибун называются еще и Одесская, Харьковская, Днепропетровская и Николаевская области.

– Конечно, мы приказы не обсуждаем. Но чисто моя точка зрения – это абсолютно русские территории, это наши исконно российские земли, которые никогда не были украинскими, и их надо нам вернуть, освободить от неонацистского режима, – говорит «Карл».

С НАМИ БОГ!

Сейчас армия России движется по всей почти двухтысячекилометровой линии фронта. Что нашим русским парням дает возможность идти вперед, в чем наша сила?

– Наша сила – в Боге! Мы русские, и с нами Бог! Кто-то исповедует ислам, кто-то – православие, кто-то – буддизм, но все мы верим в Бога. И эта вера помогает нам продвигаться вперед, отстаивать наши традиционные ценности, – рассуждает боец.

И с расхожим мнением, что на войне не верующих не бывает, гвардии рядовой Тютяев полностью согласен.

– Сидя где-то в тылу, можно говорить все, что угодно: я верю или я не верю в Бога. Ну а на войне это очень четко проявляется – Бог есть! И иконки там у всех есть! И ты периодически ее достаешь, на нее все равно перекрестишься…

Интересный факт: в российских войсках воюют представители разных конфессий, и никогда не возникает у братьев по оружию конфликтов на религиозной почве. Более того, не раз общаясь с нашими бойцами, приходилось слышать, что, если мусульманин совершает намаз, его прикрывают наши православные парни. Это подтверждает и наш герой.

– И это абсолютно нормально – воюет вся Россия, и никаких противоречий не возникает. И если мы будем совершать нашу какую-то молитву – нас мусульмане прикроют. В этом ничего удивительного нет.

Ну а что же украинцы? Когда-то нам рассказывали, что они там настолько верующие, что нам и не снилось. Правда, после того, что сделали с Киево-Печерской Лаврой, верится в это с трудом. Показательно и то, что, если у наших бойцов в карманах под бронежилетами иконки, у них – фотографии девушек или родственников.

Вспомнилась и недавняя встреча с казаками, которые показали захваченный флаг, под которым воевали солдаты ВСУ. Флаг – одного из европейских футбольных клубов... И это тоже очень показательно. Если наши воины идут в бой под стягом со Спасом-Христом, они – под знаменем даже не украинской футбольной команды. О чем уж тут говорить – ни веры, ни Родины, ни флага… Комментарии излишни.

И все-таки большинство наших солдат относятся к украинцам как к братьям. Заблудшим, потерявшим ориентиры и попутавшим берега, сошедшим с ума и находящимся в дурмане какого-то дикого безумия, но братьям. Которых нам предстоит вразумлять, возвращать в русский мир и в лоно родной Церкви. А заодно, наверное, постараться найти ответ на вопрос: что же с ними такое случилось?

Чтобы дети не знали войны

Любая война рано или поздно заканчивается. О чем мечтает простой русский парень, гвардии рядовой Сергей Тютяев – штурмовик с позывным «Карл»?

– Хочется доучиться, хочется обычной мирной жизни, хочется создать семью и жить спокойно. И чтобы детям не пришлось никогда воевать, чтобы они знали о войне только из учебников истории, – делится он. – За это мы сейчас и воюем. За это воевали и наши деды. И мы сейчас завершаем то, что они не сумели завершить.

Николай ЖИДКОВ