В арзамасском музее Русского Патриаршества есть экспозиция, посвященная Святейшему Патриарху Тихону. Точную копию патриаршего куколя воссоздали в Нижегородской епархиальной швейной мастерской. Были также приобретены православный календарь на 1921 год с изображением Святителя Тихона и брошюра «Патриарх Тихон», изданная в 1925 году, сразу после кончины Первосвятителя. На аукционе были куплены две подлинные фотографии Патриарха – одна сделана в 1917 году сразу после интронизации, а вторая – во время его пребывания в городе Серпухове летом 1924 года.
А в ноябре прошлого года музей Русского Патриаршества к 100-летию со дня кончины Святителя Тихона, Патриарха Московского, которая будет отмечаться 7 апреля 2025 года, пополнился еще двумя уникальными экспонатами. Это газета «Всероссийский церковно-общественный вестник» от 26 ноября 1917 года с материалом об интронизации Святейшего Патриарха Московского и всея России Тихона, а также «Воззвание Патриарха Московского и всея России Тихона о помощи голодающим».
Личность Тихона довольно интересна. Патриарх (в миру Василий Иванович Беллавин) родился 19 (31) января 1865 года на Псковщине, в селе Клин в семье потомственного священника. В девять лет Василий поступил в Торопецкое духовное училище. Ученики, зная его миролюбивый и тихий характер, как-то раз соорудили из кусочков жести кадило и, размахивая им, торжественно кричали ему: «Вашему Святейшеству многая лета!».
В Псковской духовной семинарии Василия прозвали Архиереем, а в Петербургской духовной академии – уже Патриархом. При этом его однокурсник протопресвитер Константин Израцов вспоминал: «Во все время академического курса он был светским и ничем особенным не проявлял своих монашеских наклонностей. Его монашество после окончания Академии поэтому для многих его товарищей явилось полной неожиданностью».
В журнале «Странник» (№12 за 1893 год) была опубликована статья ректора Холмской духовной семинарии архимандрита Тихона «Взгляд Св. Церкви на брак (по поводу ложных воззрений гр. Л. Толстого)». Брак, отмечает автор, – это нравственный союз мужчины и женщины, союз любви, добра и взаимопомощи: «…Брачные узы тяжелы для человека, …обязанности супругов высоки и трудны, …супруги должны жить друг в друге и друг для друга, …вместе делить радости и горести, не оставлять друг друга до самой смерти и т. п. …Золотое правило брачной жизни – «терпи и переноси». Из всех качеств добрый нрав в семейной жизни оказывается наиболее полезным и производительным… Такое терпение …необходимо как для мужа, так и для жены».
Вместе с тем архимандрит Тихон считает утопичным и невозможным осуществление идеально-целомудренного брака, к которому призывает писатель Толстой, – брака, в котором муж относился бы к жене как к сестре. И не потому, что это губит деторождение. Но и потому, что эта теория искажает каноническое представление о браке: «…Граф Толстой, отрицая церковный брак, зовет ныне нас в некую пустынь «соломенного вдовства» и выдает такой свой взгляд за истинно христианский…».
В 1898 году Тихон был поставлен епископом Алеутским и Аляскинским. Во второй год своего назначения владыка отправился в опасное, но увлекательное путешествие в дикие, труднодоступные места, чтобы познакомиться со своей паствой. Пароход, на котором владыка отправился из Сан-Франциско, хотя и назывался «Почтовый голубь», шел медленно, с трудом перекатываясь по громадным океанским волнам. Вместо запланированных семи дней путь Тихона до Алеутских островов растянулся на две недели.
Путешествие проходило в пасхальные дни. Везде, где останавливался пароход, святитель встречался с местными христианами, подробно расспрашивал их, дарил серебряные крестики и иконки, проводил праздничные службы.
Добравшись до берегов Аляски, святитель и его спутники пересели на байдарки и продолжили путь по главной водной артерии Северной Америки – великой реке Юкон, по местам «золотой лихорадки», описанным Джеком Лондоном. Вместе с двумя священниками, двумя псаломщиками и пятью индейцами-гребцами отважился на рискованное путешествие в кожаной байдаре, которая могла пройти по мелкой воде. Иногда приходилось несколько километров нести тяжелую лодку на руках. Тучи комаров не давали отдохнуть и выспаться. Заканчивалась провизия…
За 78 дней путешествия епископ Тихон преодолел более 11 000 километров и побывал в 20 поселениях. Для многих алеутов он стал первым епископом, которого они увидели в своей жизни.
Около десяти лет Тихон прожил вдали от дома. При нем в состав епархии вошли 32 общины, пожелавшие перейти из униатства в православие.
Это произошло уже во время служения святителя Тихона в Ярославской епархии.
Однажды после посещения отдаленной сельской церквушки священник пригласил архиерея к себе домой отобедать. Угощали владыку местными «деликатесами»: пирогами с морошкой, селедкой с луком и солеными грибами. После задушевной беседой епископ засобирался уходить, но тут появилась жена священника с наполненной стопкой на тарелке. Это был гостеприимный жест от радушных хозяев, и Тихон, чтобы не обидеть их, чуточку пригубил и от неожиданной крепости напитка промолвил: «Горько». Услышав этот будто бы свадебный тост, молодая матушка тут же радостно обняла своего смутившегося мужа и поцеловала его. «Вот так и живите», – ласково сказал епископ, благословил их и уехал.
15 августа 1917 года, в день Успения Богородицы, открылся Всероссийский Поместный собор, на котором было принято решение избрать патриарха, тем самым восстановить утраченное почти на двести лет патриаршество.
После четырех туров голосования Собор избрал трех кандидатов на патриарший престол. Первым оказался архиепископ Харьковский Антоний (Храповицкий) – 101 голос. За ним следовал архиепископ Тамбовский Арсений (Стадницкий) – 27, и, наконец, митрополит Московский Тихон (Беллавин) – всего лишь 23. Первого называли самым умным, второго – самым строгим, а третьего – самым добрым.
Казалось, в такое непростое время Церкви необходим строгий и бескомпромиссный пастырь, но промысел Божий распорядился по-другому… Окончательный выбор определил жребий – случайно вытянутая бумажка с именем кандидата. 5 ноября в Успенском соборе старец Алексий (Соловьев) вытянул жребий: «Тихон, митрополит Московский и Коломенский».
Когда ему сообщили об избрании на патриарший престол, Тихон сказал: «Ваша весть об избрании меня в Патриархи является для меня тем свитком, на котором было написано: Плач, и стон, и горе – и каковой свиток должен был съесть пророк Иезекииль. Сколько и мне придется глотать слез и испускать стонов в предстоящем мне патриаршем служении, и особенно – в настоящую тяжелую годину!».
К нареченному патриарху обратился с речью Архиепископ Антоний (Храповицкий): «Сие избрание нужно назвать по преимуществу делом Божественного Промысла по той причине, что оно было бессознательно предсказано друзьями юности, товарищами Вашими по академии. Подобно тому, как полтораста лет тому назад мальчики в Новгородской бурсе, дружески, шутя над благочестием своего товарища Тимофея Соколова, кадили перед ним своими лаптями, воспевая ему величание, как Божиему угоднику, а затем их внуки совершали уже настоящее каждение пред нетленными мощами его, то есть Вашего небесного покровителя Тихона Задонского; так и Ваши собственные товарищи прозвали Вас патриархом, когда Вы были еще мирянином, и когда ни они, ни Вы сами не могли и помышлять о действительном осуществлении такого наименования».
Много позже владыка Антоний признавался, что если бы его выбрали патриархом, он действовал бы жестко, и, скорее всего, большевики еще больше обозлились бы на верующих и Церковь и окончательно бы ее уничтожили…
2 января 1922 года большевики приняли постановление «О ликвидации церковного имущества». Эта кампания была организована якобы для помощи голодающим. В феврале патриарх Тихон отреагировал на это постановление воззванием к верующим, в котором призывал приходы жертвовать «драгоценные церковные украшения и предметы, не имеющие богослужебного употребления» ради преодоления голода в Поволжье. Изъятия же богослужебных предметов святитель прямо назвал «святотатством», прекрасно понимая, что само постановление правительства – провокация. Советская пресса ответила на это воззвание «патриарха-людоеда» Тихона шквалом обвинений и притворным возмущением.
Большевиков не смущало, что еще летом 1921 года патриарх Тихон отправил письменное обращение к епископу Нью-Йоркскому и архиепископу Кентерберийскому с просьбой об оказании помощи голодающим. Текст обращения опубликовала «Нью-Йорк таймс», и тут же был получен отклик от будущего президента США Герберта Гувера, который возглавлял благотворительную организацию ARA (Американская администрация помощи). Уже летом 1922 года почти 11 миллионов российских граждан каждый день получали помощь от АRА (это не только еда, но и одежда, обувь, медикаменты). Суммарно за два года деятельности ARA в страну поступило около 50 миллионов долларов.
С 19 мая 1922 года по распоряжению властей патриарх Тихон был изолирован в Донском монастыре «за антисоветскую деятельность». Его темница находилась в небольшом двухэтажном домике рядом с надвратной церковью в честь Тихвинской иконы Божьей Матери. Начались, быть может, самые тяжелые месяцы в жизни Святейшего. Каждый день он находился под колоссальным политическим прессингом. Его периодически вызывали на Лубянку. На него давили, провоцировали, пугали, но сам святитель стойко переносил страдания, не теряя присутствия духа. Даже с улыбкой. Известно, например, что над дверью его комнаты в Донском монастыре висела табличка с надписью: «По вопросам контрреволюции не беспокоить».
Осознав, что арест ничего не дает, большевики 27 июня 1923 года выпустили его на свободу. Однако всю жизнь отличавшийся крепким здоровьем человек теперь почти ослеп, периодически падает в обморок. За каждым шагом патриарха следят. Его личные письма вскрываются. Продолжаются обыски. Не утихает и травля в прессе.
Когда патриарх Тихон находился в заключении в Донском монастыре, его охраняли красноармейцы, и среди них комсомолка Мария Вешнева. Она, неверующая, враждебно настроенная лично к патриарху, к концу пребывания рядом с ним говорила так: «Умом я понимаю, что он враг и, очевидно, очень опасный. А общаясь с ним, ничего вражеского не чувствую. Он обращается с нами идеально. Всегда внимателен, ласков, ровен. Я не видела его раздраженным или капризным».
Он подарил комсомолке на память вышитую салфетку, сказав: «Это память о днях в Донском». Она ничего особого для него не делала – просто не зверствовала, не обижала его, но действовала по инструкции, а он ее поздравлял с Рождеством, с Пасхой, дарил какие-то гостинцы и сам излучал добро и любовь.
Патриарх Тихон пережил три покушения. 14 июля 1919 года «Известия Петроградского Совета» известили: «12 июля было совершено покушение на патриарха Тихона во время его выхода из храма Христа Спасителя. Покушавшаяся крестьянка Симбирской губ. Пелагея Гусева. Преступление совершенно на религиозной почве. На допросе Гусева заявила, что она считает патриарха антихристом».
Патриарха тогда спас широкий кожаный монашеский пояс, находившийся под верхней одеждой, на подряснике, который смягчил удар.
Журнал «Революция и Церковь» информировал: «Покушение на Патриарха Тихона П. К. Гусевой, с нанесением ножевой раны. Советский суд признал ее психически невменяемой (Гусева имела политическую судимость, мать двоих красноармейцев)».
«Политическая судимость» – это якобы «за покушение на Распутина». Хотя известно, что на «сибирского старца» напала Хиония Гусева, сестра Пелагеи. Но кто тогда обращал внимание на такие «мелочи». Проще – объявить сумасшедшей.
Другое покушение случилось во время литургии. Когда диакон вышел из алтаря с чашей для причастия, незнакомый человек с криком: «Тихон, мы убьем тебя!» ударил дубинкой по плечу митрополита Петра (Полянского), решив, что он и есть Святейший. Злоумышленника тут же обезвредили и вывели наружу. Все это время святитель Тихон стоял в алтаре и горько плакал. О реакции властей сведений нет.
Плакал святой и 9 декабря 1924 года, когда неизвестные проникли в патриарший дом и расстреляли его келейника, секретаря и близкого друга Якова Полозова. Святитель в момент убийства находился в соседней комнате. Личность убийц установить так и не удалось, но не исключали, что пришли они именно за патриархом. Позднее обнаружилось, что две ночи подряд кто-то пилил решетку на одном из окон его домика на территории Донского монастыря.
Святейший патриарх Тихон скончался 7 апреля 1925 года, в праздник Благовещения Пресвятой Богородицы.
По воспоминаниям келейника, ближе к вечеру патриарх начал отчего-то сильно волноваться. Он посмотрел на свои пальцы – ногти на них почернели – и, глубоко вдохнув, сказал: «Теперь я усну… крепко и надолго. Ночь будет длинная, темная-темная». Тихон постоянно спрашивал, который час. В 23.45 он в последний раз спросил о времени. Услышав ответ, сказал: «Ну, слава Богу» и начал широко креститься. На третьем крестном знамении рука святителя Тихона упала.
Святейший патриарх Тихон погребен в московском Донском монастыре. 9 октября 1981 года канонизирован Архиерейским собором РПЦ и стоит во главе Собора новомучеников и исповедников Российских.
Митрополит Сергий (Страгородский), уроженец Арзамаса, будущий патриарх, так отзывался о патриархе Тихоне: «Он один безбоязненно шел прямым путем служения Христу и Его Церкви. Он на себе одном нес всю тяжесть Церкви в последние годы. Мы им живем, движемся и существуем, как православные люди».
Подготовил Вячеслав ПАНКРАТОВ.
ЗАО "РИА" Арзамас" г. Арзамас, ул. Севастопольская д. 42
arzved@mail.ru