В 1942 году в Арзамасе был сформирован 29-й отдельный батальон воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС), который состоял на 80% из девушек девяти южных районов Горьковской области. Батальон прошел славный путь, стал орденоносным и окончил войну в поверженном Берлине. 80 лет назад, 10 июля 1945 года, началась демобилизация рядового и сержантского состава 29-го отдельного батальона ВНОС. В первую очередь домой отправляли всех женщин и мужчин старших возрастов. 29 июля демобилизованные воины 29-го отдельного радиобатальона ВНОС прибыли на родину, в Арзамас...

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

В начале 2000-х мне посчастливилось познакомиться с замечательным человеком – фронтовиком, полковником в отставке, почти 30 лет отдавшим служению Родине, Григорием Сергеевичем Шеларом (на снимке). Я по поручению редакции готовил к печати газетную версию его книги «Легендарная Пятая», повествующей о судьбе 5-й армии, в составе которой был сформирован 29-й отдельный батальон ВНОС. Именно в этом батальоне с начала его формирования всю войну и служил Григорий Сергеевич, и, конечно, большая часть его книги была посвящена этому подразделению. В память о необычном формировании трудами Григория Сергеевича в 1998 году в Арзамасском коммерческо-техническом техникуме также был открыт музей ратного пути 29 отдельного радиобатальона ВНОС. Ну а совместными нашими с Григорием Сергеевичем усилиями позже вышло несколько интервью с ветеранами-вносовцами и публикаций о батальоне.

Увы, Григория Сергеевича Шелара давно уже нет в живых. Но в год 80-летия Великой Победы нельзя не вспомнить и о нем, и о славном подразделении, формировавшемся в Арзамасе, в рядах которого солдатскую лямку тянули хрупкие девчонки.

ЯЗЫКОМ ЦИФР

Сначала – сухая статистика. 28 мая 1945 года за успешное выполнение заданий командования Указом Президиума Верховного Совета СССР 29-й радиобатальон ВНОС был награжден орденом Красной Звезды. За активное участие в боях за Родину все без исключения воины удостоены высоких государственных наград.

50 756 боевых донесений о воздушном и 2 357 о наземном противнике зарегистрировано в боевых журналах. Многие тысячи воздушных целей обнаружены и проведены батальонной системой ВНОС.

Почти 700 вражеских самолетов уничтожено истребительной авиацией и зенитной артиллерией ПВО по данным оповещений воздушных разведчиков. Один самолет Ю-88 сбит огнем винтовок бойцами наблюдательного поста сержанта В. Корсика на Курской дуге.

Построено и восстановлено более 3,5 тысячи километров телефонной связи в освобожденных от фашистов районах дислокации наблюдательных постов. В 104 случаях бойцами подразделения оказана помощь экипажам наших самолетов, приземлявшихся в районе дислокации.

Всего же более 22 тысяч часов военного времени воздушные разведчики, радисты, телефонисты, планшетисты отдали неспокойному, ответственному боевому дежурству во время той страшной войны...

«СВОЙ» – «ЧУЖОЙ»

В конце 30-х годов прошлого века на западных границах СССР интенсивно создавалось сплошное поле воздушной визуальной разведки глубиной 150–200 км. Уже тогда немецкие самолеты постоянно нарушали советское пространство, но открывать огонь по ним запрещалось из-за договора о ненападении с Германией. И тем не менее в воздухе витала угроза войны.

В Красной армии разворачивался новый род войск в системе ПВО – многочисленные отдельные роты, батальоны, полки и дивизии ВНОС – воздушного наблюдения, оповещения и связи. Боевая задача нового рода войск – предупреждения об угрозе воздушного нападения противника и наведения на него боевых средств ПВО наших войск. Говоря проще – наблюдать за небом, вслушиваться и при обнаружении вражеских самолетов оповещать об этом подразделения ПВО. Вносовцы рассказывали мне, что по шуму моторов летящих машин они не только безошибочно различали «свой» – «чужой», но и умело отличали «Юнкерсы», скажем, от «Мессеров». Кстати, в Вооруженных Силах СССР подразделения ВНОС просуществовали до 1951 года.

Так, на северо-западном участке госграницы Украины, где дислоцировались войска 5-й армии, в городе Ровно в марте 1940 года был сформирован 29 отдельный батальон ВНОС, который вошел в состав 11 бригады ПВО этой армии. 80 наблюдательными постами он прикрыл территории Волынской, Ровенской и сопредельными с ними областей. Это было его первое формирование.

«С сентября 1939 года по 22 июня 1941 года немецкие военные самолеты неоднократно нарушали воздушное пространство СССР. За это время было зафиксировано более 500 таких нарушений, в том числе и на территории, охраняемой батальоном, – пишет в своей книге Г. С. Шелар. – Так, 15 апреля 1941 года по оповещению батальона под г. Ровно наши истребители И-16 вынудили к посадке немецкий самолет-разведчик Ю-86. Красноармейцы части несколько суток на пшеничном поле охраняли его и детально рассмотрели конструкцию фашистского самолета».

Другой случай, тоже еще до начала войны, когда бойцы батальона засекли немецкий самолет и открыли по нему огонь, так как пилот не выполнил указаний не нарушать воздушных границ СССР. В принудительно посаженном самолете-разведчике бойцы обнаружили множество снимков советской территории.

В ПЕРВЫЕ ДНИ ВОЙНЫ

«...В первый же день войны фашистские войска, вероломно ворвавшиеся в пределы нашей страны, разрушили боевые порядки батальона, лишив войска армии оповещения о налетах вражеской авиации. Уже 22 и 23 июня личный состав постов и рот первой и второй линий вместе с пограничниками и частями передового прикрытия сражались с фашистами. Многие бойцы и командиры погибли, пропали без вести или попали в плен», – продолжает Григорий Сергеевич.

Отступая к Днепру, затем к Курску и Брянску, сражаясь, батальон понес невосполнимые потери. В конце концов, был получен приказ своим ходом остаткам подразделения следовать в Арзамас в распоряжение командующего Горьковским бригадным ПВО.

«...Уже к 16 ноября в Арзамас, села Красное и Выездное стали прибывать подразделения, отдельные группы, вырвавшиеся из окружения, отставшие от своих подразделений. Третья рота лейтенанта В. Д. Розова тремя группами из Севска выходила из окружения, и только двум удалось добраться до Арзамаса», – продолжает автор.

«В городе стали говорить, что прибыло какое-то подразделение – такое измотанное, такое потрепанное, что просто страшно!», – вспоминала жена Г. С. Шелара, его же однополчанка, А. И. Турутина.

Николай ЖИДКОВ